Демографическое старение и переход к многоколенной конфигурации родственных сетей объективно повышают значимость неоплачиваемого труда по уходу внутри семьи. В исследовании проверяется эмпирическая состоятельность концепта «сэндвич-поколения» на материале России и оценивается влияние межпоколенческих обязательств на рыночную занятость и субъективное благополучие когорты 40–60 лет. Анализ опирается на индивидуальные микроданные RLMS-HSE. В отличие от предыдущих работ, в исследовании строго разграничиваются потенциальная и фактическая нагрузка, а типология ухаживающих строится на основе фактических затрат времени. Результаты не подтверждают широкую распространенность одновременного ухода за малолетними детьми и тяжелобольными пожилыми родственниками. Доминирующей конфигурацией выступает поддержка взрослых, но зависимых детей в сочетании с помощью пожилым родителям. При этом сами пожилые родители часто функционируют как межпоколенческий «буфер», беря на себя уход за внуками. Зафиксировано, что максимальная реализуемая нагрузка статистически сопряжена с вынужденным сокращением рабочего времени и падением индекса благополучия, что воспроизводит гендерную асимметрию на рынке труда. Формирование инфраструктуры долговременного ухода трактуется как необходимое условие сохранения экономической активности лиц, совмещающих множественные семейные роли.